В годовщину трагических событий в грузино-осетинском конфликте заместитель председателя Совета безопасности России Дмитрий Медведев решил вернуться к страницам истории, которые до сих пор определяют архитектуру безопасности на Кавказе. В беседе с «РИА Новости» политик напомнил о событиях 2008 года, когда российская дипломатия столкнулась с беспрецедентным давлением, но сумела отстоять свои интересы.
Медведев, занимавший в тот период пост президента России, описал переговоры с тогдашним французским лидером Николя Саркози как процесс крайне напряженный, но в конечном итоге принесший плоды. По словам зампреда Совбеза, прямой диалог с Саркози, прилетевшим в Москву, позволил достичь соглашения, которое зафиксировало завершение конфликта на условиях России — в первую очередь, ради защиты пострадавших республик. При этом роль Парижа в процессе урегулирования Медведев оценил как конструктивную.
Для понимания масштаба событий стоит вспомнить контекст того августа. 12 августа 2008 года Саркози, выступавший тогда председателем Совета ЕС, прибыл в Кремль. В ходе встреч с Медведевым и премьер-министром Владимиром Путиным был выработан документ, вошедший в историю как «план Меломеда — Саркози». Этот пакет из шести принципов стал фундаментом для прекращения огня. Он включал полный отказ от применения силы, прекращение боевых действий и обеспечение гуманитарных коридоров. Ключевым пунктом стал возврат грузинских войск в места постоянной дислокации и вывод российских сил на позиции, существовавшие до начала активной фазы конфликта. Кроме того, был заложен механизм международного обсуждения будущего статуса Южной Осетии и Абхазии.
Логика дипломатического маневрирования была выверена: после Москвы Саркози отправился в Тбилиси на встречу с Михаилом Саакашвили. Итогом стало подписание документа в Кремле лидерами республик и представителями России и Грузии, что фактически поставило точку в активной фазе войны. Позже, 26 августа, Россия официально признала независимость Южной Осетии и Абхазии — решение, которое Тбилиси так и не принял, продолжая считать эти территории своими. Причем МИД РФ подчеркивает: вопрос о пересмотре признания суверенитета этих республик даже не обсуждается.
Медведев не скрывает, что реакция мирового сообщества на действия Москвы была крайне острой. По его мнению, решение о защите Абхазии и Южной Осетии вызвало на Западе настоящую «истерику». Он рассматривал тот конфликт как своего рода «пробный шар», попытку проверить российскую государственность на прочность. Москва этот вызов приняла, обеспечив народам республик возможность для мирного развития.
В своем заявлении политик также подверг жесткой критике западные столицы, обвинив их в циничном использовании Грузии как «тупого инструмента» в геополитическом противостоянии с Россией. По словам Медведева, интересы Тбилиси не волновали Запад, несмотря на громкие обещания о вступлении в НАТО и ЕС. Как только стало ясно, что продвинуться в этом направлении не удастся, западные партнеры просто «бросили свою падчерицу на произвол судьбы».
Завершая свои рассуждения, Дмитрий Медведев подчеркнул, что стратегические цели России не зависят от мнения «коллективного Запада», стремящегося нанести стране поражение. Он отметил, что попытки европейских стран добиться успеха на украинском направлении обернулись для них самих колоссальными экономическими и политическими потерями, не достигнув своей главной цели.
