Дональд Трамп всегда умел находить перспективные активы, но один из его самых амбициозных проектов конца девяностых потерпел полный крах. Речь идет о попытке превратить юное дарование тенниса Монику Виле в глобальный бренд, который завершился не триумфом на кортах, а стремительным уходом из спорта.
История этого необычного союза началась в 1999 году. К тому моменту у Моники Виле уже была репутация «девочки с амбициями»: еще в девятилетнем возрасте она подписала соглашение с агентством IMG, а к подростковому периоду открыто заявляла о планах занять первое место в мировом рейтинге и заработать миллионы. Однако ее путь к профессиональному теннису был скорее медийным, чем спортивным. Ее тренер Рик Маччи, известный по работе с сестрами Уильсямс, мастерски умел создавать вокруг подопечной ореол знаменитости. Он делал ставку на внешность и артистизм, приглашая девушку выступать с гимном США на турнире в Ки Бискайне, фактически превращая ее из атлета в шоуменку.
Решающий момент наступил летом 1999 года в резиденции Мар-а-Лаго. Маччи, считавший, что потенциал Моники как модели и певицы используется впустую, решил привлечь к делу Дональда Трампа. План был дерзким: подкараулить бизнесмена на пути к гольф-полю. И задумка сработала. Трампа впечатлило не только мастерство девочки, но и ее уверенная победа над 45-летним чемпионом клуба Гарольдом Моллином (6:4). Этот эпизод стал отправной точкой их сотрудничества.
Вскоре Виле стала первой спортсменкой, подписавшей контракт с T Management — агентством Трампа, которое тогда специализировалось на модельном бизнесе. Жизнь теннисистки превратилась в бесконечную череду светских раутов. На US Open вместо тренировок она предпочитала VIP-ложи и фотосессии. Трамп работал как настоящий продюсер: организовывал встречи, продвигал ее образ в прессе и проводил масштабные конференции в Trump Tower. Результаты были осязаемы в деньгах, но не в спорте: благодаря рекламным сделкам с Fila и Yonexec, Моника заработала более 2 миллионов долларов еще до того, как официально дебютировала на профессиональной арене.
Однако реальный теннис оказался гораздо суровее рекламных контрактов. В сентябре 1999 года на турнире Tokyo Princess Cup Моника вышла на корт против Джейн Чи. Итог был разгромным: 3:6, 1:6. Профессионалы быстро раскусили отсутствие должной подготовки. Как позже отметила сама Чи в интервью The Times, игроки высокого уровня поняла, что перед ними всего лишь медийная фигура, лишенная необходимого класса.
После этого провала амбициозный проект начал рассыпаться. Тренер Маччи, разочарованный финансовыми потерями и отсутствием прогресса, обрушился на ученицу с критикой. Этот матч в Токио стал единственным выступлением Моники на уровне WTA. Попытки выступать на турнирах низшего ранга не принесли плодов, и к 2002 году, не дожив даже до 18 лет, Виле завершила карьеру. Ее спортивное наследие ограничилось скромной суммой призовых в 7 215 долларов и 817-м местом в рейтинге.
Для Трампа этот опыт стал уроком: после неудачи с Виле он больше не брался за продвижение теннисистов. Сама же Моника, которая сегодня посвятила себя тренерству, описывает те годы как некое подобие «искаженной реальности» и «странного сна», где блеск софитов на мгновение затмил истинную суть спорта.
